Нефть не играет в бензин

Во вторник на совещании с членами правительства Владимир Путин удивился — и удивил. Удивился тому, что в России, несмотря на резкое падение мировых цен на нефть, дорожает бензин. Пожалуй, для обывателя эта ситуация и правда видится как парадокс. Но удивительно, что она стала откровением для Владимира Путина, потому что он не обыватель, а как минимум кандидат экономических наук, и, что не менее важно, руководит нашей страной уже 15 лет.

За эти годы он должен был бы уяснить, что никакой зависимости между мировыми ценами на нефть и стоимостью бензина на внутреннем российском рынке нет. Лучшая иллюстрация этого тезиса — кризисный 2009 год, единственный в новом веке, когда цены на бензин в России упали. На целый рубль, то есть примерно на пять процентов. Нефть же (помните этот кошмар?) рухнула с почти 130 долларов за баррель до 40, но снижение стоимости топлива в России и тут нужно связывать не с самим по себе этим фактом, а с резким падением спроса обвалившейся экономики.

Владимир Путин в то время, кстати, работал премьер-министром и в ручном режиме вытаскивал страну из кризиса, так что ему, чтобы ответить на вопрос, поставленный на совещании перед правительством, достаточно было бы обратиться к воспоминаниям.

Но нам-то любопытно все же узнать, от чего зависят цены на бензин, если не от стоимости нефти.

Есть популярная теория, которая нравится в том числе и президенту, судя по его апелляции в Федеральной антимонопольной службе — сговор участников рынка. Действия ФАС, которая трижды возбуждала дела в отношении крупнейших компаний и трижды их выигрывала, эту версию, на первый взгляд, подтверждают, но в действительности работают против нее. Во-первых, антимонопольщики за все время выявили три эпизода, приводившие к локальному росту цен, но они ведь увеличиваются каждый год, даже когда никакими сговорами и не пахнет. Во-вторых, половину рынка бензиновой розницы составляют независимые АЗС, это около 20 тысяч игроков, которые физически не могут договориться друг с другом (и тем более их не позвали бы на тайную вечерю нефтяных мейджоров).

То есть картельные сговоры случаются и бороться с ними, конечно, нужно, но не этот фактор определяет общую динамику. Куда большую ответственность за происходящее несут не нефтяники, а правительство.

Дело в том, что не менее половины в цене российского бензина составляют налоги, а себестоимость сырья — около 10%, то есть при падении мировых цен на нефть вполовину (тьфу-тьфу) бензин мог бы подешеветь только на одну двадцатую. Симптоматично, что по данным нашей ФАС, в Европе, где похожий налоговый режим, стоимость бензина на колебания нефтяных котировок тоже практически не реагирует. А вот в США, где доля налога в цене топлива не превышает 15%, сейчас — праздник для автомобилистов.

У нас же бензиновый рынок, похоже, начал заблаговременно отыгрывать две плохие новости: резкий рост инфляции (а неумолимая статистика свидетельствует, что среднегодовой рост стоимости бензина примерно равен этому показателю и уж точно с ним коррелирует) и — бинго! — резкий рост налогов. Речь идет, во-первых, о плановом повышении акцизов (необходимом для пополнения региональных дорожных фондов), а во-вторых, о том, что с 1 января 2015 года наша страна совершит налоговый маневр. Главная суть этой операции в том, что экспортная пошлина резко сократится, а вот налог на добычу полезных ископаемых, напротив, существенно возрастет.

Разрабатывая налоговый маневр (зачем он вообще был нужен — сказ особый), правительство признавало, что он обернется ростом цен на бензин примерно на три рубля. Но если бы все АЗС с 1 января подняли цены на эту «трешку», то к ним бы точно прислали не ФАС даже, а кого похуже. Лучше уж сейчас, пока страна увлечена геополитикой и девальвацией, а то потом — то посевная, то уборочная.

Девальвация, кстати, вкупе с санкциями и тем же налоговым маневром приведут к еще одному возгоняющему цену тренду. Нефтяные компании будут стараться максимизировать экспорт, чтобы получить живую валюту, необходимую, в частности, для выплаты внешних долгов. В результате можно ждать сокращения предложения на внутреннем рынке, что логически ведет к повышению цен. ФАС уже пригрозила, что вот с этой «западной ориентацией» она будет бороться, но это уже получается борьба не за нормальный рынок, а против него, которая обычно оканчивается возникновением дефицита. Потому что если производство становится нерентабельным, то его экономически выгодно сокращать. Думаю, все уже поняли, что в таком случае происходит с ценами.

В общем, бензин в следующем году основательно подорожает, так что руководству страны лучше бы эту тему не трогать, не ровен час, электорат решит, что это оно во всем и виновато.

Источник