Водный слалом в столице зимних Игр

В Сочи опять объявлено штормовое предупреждение. Дожди не прекращаются. Затоплено более 700 домов. В Адлерском и частично Хостинском районах Большого Сочи введен режим чрезвычайной ситуации. Пострадало авиа- и железнодорожное сообщение. И хотя Кубань имеет горький опыт Крымска, мне не удалось обнаружить людей, слышавших в Сочи предупредительную сирену МЧС. К тому же проблемы, которые привели к потопу, не решались годами. И если предотвратить ливень невозможно, то построить нормальную ливневую канализацию и не трогать русла рек было вполне по силам.

Сплав по трубе

Потоп начался 25 июня — в тот самый день, когда Тамбовский областной суд отказал в условно-досрочном освобождении экологу Евгению Витишко. В Тамбове судья читал постановление, а в Адлере тонули машины, дома и дороги. Еще до своего заключения Витишко и его коллеги из «Экологической вахты по Северному Кавказу» предупреждали об опасности наводнения.

Дождь шел всю ночь с 24-го на 25-е. К утру он превратился в тропический ливень — за час в Сочи выпала почти месячная норма осадков. К 10 утра вода поднялась до щиколотки, а под мостом на адлерском вокзале разлилось небольшое море (после «олимпийской» реконструкции оно разливается при каждом ливне). Как следствие, под мостом образовалась глухая автомобильная пробка.

К полудню 25-го затопило район Голубые дали, улицу Ленина, поселки Молдовка и Мирный. По рекам поплыли грузовики, кое-где и жилые дома. В Мирном люди полезли на крыши, на улице Гастелло в Адлере утонул мужчина. Через три часа вода пришла в аэропорт и «отменила» рейсы, потом подмыла опору железнодорожного моста в Хосте и «остановила» поезда. Не устоял пешеходный мост на Мамайке. Я перечислил только несколько крупных объектов.

«Мы ехали из Красной Поляны, — рассказывает жительница Сочи Ирэн Ильенкова. — Шел человек с чемоданом и у нас на глазах просто скрылся под водой — попал в открытый канализационный люк. Его кинулись искать. Оказалось, мужчину по трубе метров 300 протащило под дорогой и вынесло к одной из решеток. Ее выломали, он побитый, поцарапанный, но живой».

Война и Мирный

Поселок Мирный расположен напротив олимпийских спортивных дворцов в Имеретинской бухте. Дворцы построены над уровнем моря, чего не скажешь о поселке. По улице Камышовой не спеша проплывают мужики на лодке. Маршрутка стоит в воде по окна. По берегу беспокойно ходит женщина. Лидия Алексеенко работает неподалеку, в олимпийском дворце «Айсберг». Живет в частном отеле на улице Староохотничьей, где утонула ее «Лада», за которую недавно выплачен кредит. «В первый день я никакого МЧС тут не видела, ни лодок, ни машин. Где оповещение? Должны были оповестить людей!» — Лидия срывается на крик. К слову сказать, из десятка моих собеседников в Имеретинке, Адлере и Хосте сирену не слышал ни один.

Такая же эмоциональная реакция у молодого человека, который предъявляет претензии чиновнику в майке и кепке. В чиновнике узнаю кубанского вице-губернатора Джамбулата Хатуова. «Где ваше обещанное? Вы же в том году сказали, что нас не затопит! — кричит парень. — У нас все в жопе! Я вам вчера звонил, почему вы трубку не брали?!» Молодой человек в ярости: «У меня несколько машин утонуло! У меня треснул дом, вот-вот завалится!» Договариваются с вице-губернатором встретиться завтра.

В стороне с озабоченным видом стоит мужчина в новеньких резиновых сапогах и рубашке с коротким рукавом. Это Вениамин Кондратьев — и.о. губернатора Кубани. «Здесь самая главная задача — откачать воду, чем мы и занимаемся, — поясняет Кондратьев, пока вокруг собираются чиновники. Спрашиваю о претензиях местных жителей к ливневкам, которые они, жители, предъявляют три последних года. По словам и.о., в этот раз всему виной аномальные осадки: «Тут никакая ливневая система не справится».

Ждите ответа

В позапрошлом веке в Имеретинке были непролазные болота с полчищами комаров. В 40-х годах прошлого века пленные гитлеровцы построили здесь мощеные дороги. Дождевая вода естественным образом уходила между камней, да и сама Имеретинка с ее озерами и плавнями работала как большой естественный дренаж. Но потом здесь построили олимпийские объекты, а в 2013 году сплошь забетонировали улицы и провели «олимпийскую» канализацию. А вот искусственные озера, указанные в Заявочной книге Олимпиады, не сделали: на этом месте построен асфальтовый завод. Теперь тут — наводнения, которых раньше (чему я свидетель) не было.

В совхозе «Россия» на улице Старошкольной пожарные машины откачивают воду из дворов. Местный житель Арутюн приглашает к себе. Во дворе воды почти по колено. За двором Арутюна — совхозный канал, в который сливаются все канализационные и ливневые стоки Имеретинки. «МЧС откачивает воду на улицу, она идет в центральную ливневку, оттуда в канал, а из канала обратно ко мне во двор. Так и качают, по кругу», — объясняет Арутюн.

Рядом, на Старошкольной живет Наталья Калиновская, председатель общественного самоуправления. У нее во дворе не вода, а тошнотворная смесь из солярки и моющих средств. По колено в этой жиже шагаю с ней туда, где когда-то был огород. Как рассказывает Калиновская, потоп начался в половине девятого утра. Она дозвонилась по номеру спасения 911. Затем, как и просил автоответчик, нажала цифру «1», после чего услышала: «неправильно набран номер». На этом контакты с МЧС закончились. Ничем ей не помогли и на горячей линии главы администрации Сочи. Пока Наталья пыталась хоть куда-нибудь дозвониться, вся бытовая техника и мебель утонули. Наталья Калиновская не скрывает раздражения: «Нам говорили подождать, когда подготовят Игры. Потом подождать, когда проведут Игры. А теперь говорят, что денег переделывать ливневку нет и надо снова подождать».

Эхо Крымска

Официальная причина случившегося — природная аномалия. Но, как и утонувший в 2012 году Крымск, Сочи полон слухов. И если в Крымске говорили о Неберджаевском водохранилище, на котором «открыли шлюзы», то многие мои собеседники в Сочи убеждены, что на них пустили воду из озера Серебряное в районе местного Чайсовхоза. И то, и другое — полная чепуха, потому что шлюзов ни там, ни здесь нет. Правда, на Серебряном есть плотина.

Из разряда таких же мифов — рассказы о десятках трупов, упакованных в черные полиэтиленовые мешки. Своими глазами их никто не видел, фото и видео нет.

Виктория Приходько работает в Адлере на улице Гастелло. Когда пошла волна, она была на втором этаже офиса (повезло). А вот ее машина стояла внизу и полностью оказалась под водой. Позже, когда поток прошел, на улице появился мэр Сочи Анатолий Пахомов в сопровождении местных тележурналистов. «Он мне лично сказал, что затопленные машины буду эвакуировать бесплатно», — рассказывает Виктория. На следующий день с нее за эвакуацию официально (!) взяли три тысячи рублей. А на горячей линии мэра объяснили, что «так вышло, приглашены частные структуры». Почему люди должны доверять такой власти? Вот и я не знаю.

Главной причиной катастрофы называют природный фактор. Но второй по значимости — рукотворный, потому что до олимпийской реконструкции таких частых и сильных наводнений в Адлере и Хосте не было. Типичный пример — улица 20-й Горнострелковой дивизии в Хосте. Вместе с жительницей дома № 2 Ирэн Ильенковой перебираюсь через громадные лужи. Ирэн рассказывает: до Олимпиады вдоль дома шла обычная дорога, с которой вода во время дождя стекала в коллектор и благополучно уходила в речку. При подготовке к Играм придомовую территорию залили бетоном и проложили сточный желоб. Но желоб оказался мелким (я померил — примерно по щиколотку). Такой сток не справляется даже с обычным дождем, не говоря об аномальном. Результат — вся придомовая территория в воде. А ведь новую канализацию проложили едва ли не по всему Сочи.

Еще одна причина бедствия — нарушения при строительстве, о которых настойчиво говорили Евгений Витишко и «Эковахта по Северному Кавказу». В реки сваливали строительные отходы, а естественный природный грунт со дна вывозили в огромных объемах. И русла некоторых рек, включая Мзымту, сузились. А вырубка лесов привела к тому, что текущая с гор вода нигде не задерживается. Об угрозе наводнения в 2013 году говорил и тогдашний глава Росприроднадзора Владимир Кириллов. Но в пылу олимпийского аврала заморачиваться этим государству было некогда.

С Олимпиадой связывались надежды на решение сочинских проблем (еще бы — потрачены такие деньги). Наводнение 25 июня смыло эти надежды. Деньги смылись еще раньше. Так и живем…

Источник